«Закопали в грязной простыне». Почему в СССР скрывали гибель олимпийского чемпиона

Фехтовальщик погиб прямо на чемпионате мира, на глазах у зрителей и товарищей по команде.

«Закопали в грязной простыне». Почему скрывали гибель олимпийского чемпиона

Владимир Смирнов был одним из лучших фехтовальщиков мира в начале 80-х годов. На его счету к 28 годам было три золота и две бронзы чемпионатов мира, а также три олимпийских медали, среди которых золотая.

Видео дня

Казалось, у Смирнова было всё, чтобы стать одним из величайших фехтовальщиков в истории. Но его жизнь внезапно и трагически оборвалась – Владимир умер после страшного попадания осколка рапиры в мозг.

«Накануне финала выпили бутылку водки»

Владимир Смирнов начал заниматься фехтованием относительно поздно – около десяти лет, причём лишь после того, как перепробовал множество других секций: футбол, баскетбол, бокс, хоккей и лёгкую атлетику. А настоящие успехи пришли к молодому спортсмену лишь после армии, когда он перешёл от Евгения Сыромятникова к более опытному тренеру .

С Быковым Смирнов выиграл несколько национальных первенств и вскоре попал в сборную. Он стал обладателем Кубка мира в 1980 и 1981 годах, завоевал два золота на чемпионате мира в 1981-м, а также возглавил мировой рейтинг. Также Владимир выиграл две бронзы и золото чемпионатов мира в команде.

Настоящим триумфом для Смирнова стали Олимпийские игры. Владимир завоевал золото в личном турнире в рапире. Это золото стало для советских рапиристов вторым (и, как оказалось, последним) в истории. До этого олимпийским чемпионом в личном турнире становился Виктор Жданович.

«Накануне финала говорю Володе: «Ты сегодня никуда не уходи. У меня мандраж сильный. Давай выпьем. Поддержи меня. Тебе немножко, а мне больше», – рассказывал после Олимпиады Быков. – На самом же деле выпили бутылку водки поровну. Утром он встал, десять километров пробежал – выгнал всё это дело. Пошёл и выиграл. Думаю, я правильно сделал, что таким образом снял у него напряжение. Володя принял ровно столько, чтобы нормально спать и не нервничать перед ответственным финалом».

«Вернусь либо с щитом, либо на щите!»

К чемпионату мира – 1982 в жизни Смирнова всё складывалось. Его карьера шла в гору, а дома ждала любимая семья: жена Эмма, с которой они были вместе с 16 лет, шестилетний сын Дима и пятилетняя дочь Оля. Владимир души не чаял в своих родных, поэтому тяжело переживал длительную разлуку с ними.

Во время сбора в Беларуси перед чемпионатом мира – 1982 изрядно соскучившийся по семье спортсмен подошёл к главному тренеру сборной Александру Перекальскому и отпросился на день домой, к родным. Это была последняя встреча Смирнова с семьёй.

«На прощание я сказала, что жду его из Рима с победой. И без победы тоже, – признавалась супруга Смирнова Эмма. – «Ну уж нет, – вдруг ответил Володя. – Либо с щитом, либо на щите!» Кто знал, что его слова окажутся пророческими? А несколько дней спустя я возвращалась с рынка. Вдруг остановилась как вкопанная и подумала: «А сколько было моей маме, когда она овдовела?» Тут же прикусила язык и стала отгонять от себя дурные мысли».

Казалось, всё было против поездки Смирнова на ЧМ-1982. Помимо того, что спортсмен сам не особо этого хотел, возникли проблемы с выездом из страны. Сперва Быкова признали невыездным, и это было ударом для Владимира, ведь он всегда выступал вместе с тренером. Потом и сам фехтовальщик едва не лишился возможности покинуть страну: у него обнаружили излишки валюты, поэтому руководство СССР долго решало – допустить Смирнова на ЧМ или нет. В итоге отпустило: на турнир в Рим чемпион всё-таки поехал.

«Он только сказал: «Ой», — и упал»

Первыми в программе чемпионата мира были соревнования команд. Рапиристам из СССР предстояло соперничать с командой ФРГ. Главной битвой должен был стать поединок между Владимиром Смирновым и Маттиасом Бером, первым и вторым номерами мирового рейтинга.

Но бой запомнился лишь внезапной трагедией.

«Мы оба очень хотели заработать первое очко. Всё происходило очень быстро, буквально в сотые секунды. Я помню, как атаковал, а что было дальше… Это я знаю только из слов очевидцев», – вспоминал Бер.

Во время одной из атак рапира немца сломалась, ударившись о плечо Смирнова. Бер не заметил этого и совершил ещё одно движение. Обломок рапиры попал в голову советского атлета, проткнув маску. Маттиас инстинктивно убрал оружие, и Владимир упал на землю без сознания.

«Я сидел в двух метрах от Володи. Он только сказал: «Ой, ***». И упал. Все вскочили, вызвали врачей, соревнования прекратились. Часа три никто не фехтовал. Наш доктор поехал в больницу, потом вернулся – я сразу к нему. Он покачал головой и перекрестил ладони: мол, всё…» – рассказывал партнёр Смирнова по сборной Александр Романьков.

В больнице сделали рентген, который показал, что обломок рапиры через глаз проник в мозг спортсмена на 14 сантиметров, уперевшись в затылочную кость. Уже тогда врачи диагностировали клиническую смерть: организм функционировал нормально, а вот мозг был практически мёртв.

«Похороны провели в спешке»

Об инциденте в Риме в советской прессе во время турнира ничего не сообщалось. Владимира даже назвали чемпионом мира, когда команда выиграла турнир. Тем временем сам Смирнов был фактически мёртв.

Тем временем его жена Эмма знала лишь, что её супруг находится в больнице. Она пыталась получить документы на вылет в Италию, но, когда это удалось, было уже поздно. Спустя восемь дней после инцидента итальянские врачи приняли решение отключить советского спортсмена от аппаратов жизнеобеспечения, параллельно предложив продать функционирующие органы рапириста. В сборной СССР ужаснулись и отказались. Однако родственники Смирнова уверены, что изъятие органов всё-таки было совершено.

«В Киев Володю привезли в двух гробах, — говорила Эмма Смирнова. — Шикарный деревянный с окошком был помещён в цинковый. Организацию похорон взяли на себя армейское спортобщество и спорткомитет. Похороны провели в какой-то спешке, мне даже не дали с мужем проститься по-человечески – не привезли его домой, не позволили одеть. Так и закопали в грязной простыне, которой накрыли в римском морге. А на уровне груди я в окошко увидела кровавое пятно. Откуда? Ведь у него травма головы — мозг вытек, не было необходимости делать вскрытие».

После трагедии советские власти в качестве компенсации выплатили семье Смирнова 300 рублей и назначили ежемесячную пенсию в 137 рублей (130 – за потерю кормильца и 7 дополнительно). Маттиас Бер вместе с зарубежными коллегами создал фонд помощи Эмме и её детям, однако деньги до вдовы Смирнова так и не дошли. В Италии же возбудили уголовное дело по факту гибели спортсмена, однако расследование так и не было завершено.

Сам Бер после гибели Смирнова взял длительную паузу в карьере. По его словам, он находился в депрессии и даже едва не покончил жизнь самоубийством. Немец чувствовал вину и пытался связаться с Эммой, однако она не отвечала ни на одно из писем. Лишь в 2017 году Маттиас встретился с Эммой, которая призналась, что не винит спортсмена. Они вместе сходили на кладбище и долго плакали над могилой Владимира.

В Международной федерации фехтования после гибели Смирнова пересмотрели экипировку спортсменов. Клинки стали более крепкими, костюмы для фехтовальщиков теперь делаются из пара-арамидного волокна, а маски изготавливаются из более прочных сплавов.

Владимир Смирнов стал последним фехтовальщиком, погибшим на арене.

Author: sportmeyker

Добавить комментарий